На Крайнем Севере жизнь подчинена особым законам. Длинные зимы, полярная ночь и бескрайняя тундра формируют особые условия жизни, в которых складываются уникальные культурные традиции. Рассказываем о мастерах и хранителях культуры, которые делают Ненецкий автономный округ неповторимым.
Непобедимое единство
В начале февраля в Национальном центре «Россия» на Краснопресненской набережной в Москве состоялось торжественное открытие Года единства народов России. В церемонии принял участие Президент Российской Федерации Владимир Путин.
Глава государства подчеркнул, что сила страны — в уважении к культуре, традициям и духовным ценностям всех народов России. Именно единство помогало государству преодолевать самые сложные и драматические этапы истории — от Смутного времени до вторжения армии Наполеона и Великой Отечественной войны.
«То же самое происходит и сегодня, когда наши бойцы, наши герои на линии фронта, в зоне специальной военной операции обращаются, несмотря на разное этническое происхождение, несмотря даже на разницу в религии, обращаются друг к другу "Брат". И это очень дорогого стоит. Это и подчеркивает наше непобедимое единство», — подчеркнул Президент.
Сейчас в России проживают 194 народа — каждый со своей историей, языком и традициями, но объединенных общим чувством дома и ответственности за страну. Одним из ярких примеров такого единства является Ненецкий автономный округ (НАО). Это край вечной мерзлоты, длинных зим, полярной ночи и бескрайней тундры.
Главное богатство округа — его люди. Ненцы — коренной малочисленный народ Севера — веками кочуют по тундре, возводят чумы, разводят оленей, создают одежду, способную спасти от лютого мороза, и поют песни, в которых звучит сама природа.
В округе бережно относятся к традициям, стараясь сохранять и передавать их молодежи. Кто-то шьет одежду по вековым лекалам, кто-то создает бубны, которые звучат уже на разных континентах, кто-то выводит ненецкий танец на федеральные сцены, а кто-то через современный дизайн рассказывает о культуре предков.
«Дикий нрав»
Юлиана Россь — художница и этнодизайнер. Она не родилась в чуме, но пришла к ненецкой культуре осознанно — через изучение истории своей семьи и поиски собственной идентичности.
Творчество сопровождает ее с детства: художественная школа, интерес к исторической реконструкции костюма, фотография. Позднее получила высшее образование в сфере дизайна среды и работала художником на киносъемочной площадке. Однако в какой-то момент ей стало тесно в мире цифрового искусства.
«К этническому дизайну я пришла с накопленным опытом и через самопознание, обращение к семейной истории. Этому предшествовало огромное желание уйти от "цифры" к чему-то "аналоговому", к тому, что оставит реальный след», — рассказывает Юлиана.
Она работает в разных техниках, не ограничивая себя одним направлением. Каждая из них помогает точнее выразить идею, заложенную в работе.
«Если честно, невозможно определить для Севера какую-то одну технику. Сверкание белого бисера напоминает искрящийся снег, а шитье из шкур очень точно передает дикий нрав здешних мест. Для каждой задачи нужны свои материалы и приемы», — уточняет наша собеседница.
Юлиане важно создавать уникальные вещи с характером, в которых ощущается тепло рук мастера. Поэтому каждое изделие неповторимо. Визитной карточкой ненецкой культуры она считает традиционный костюм в целом. Если же выделять особые элементы, это мужской пояс и женский сюдор. Традиционное женское головное украшение занимает в ее творчестве особое место. Раньше каждая женщина шила его самостоятельно.
«Это отражало социальный статус и уровень мастерства женщины. В тундре она шила не только одежду и утварь для чума — фактически все необходимое для жизни семьи, — но и сам чум», — пояснила художница.
По ее словам, сегодня люди все чаще задумываются о своих корнях и истории рода.
«По моему мнению, это прекрасно, ведь красота — в разнообразии, а не в едином стандарте. Культурный код моего рода включает множество этнических линий, и этим можно вдохновляться бесконечно», — заключила Юлиана.
«Живое воплощение ненецкой души»
Заслуженный коллектив народного творчества ненецкий ансамбль песни и танца «Хаяр» — культурная визитная карточка округа. Коллектив был создан в 1962 году хормейстером Евгенией Андреевной Соболевой и балетмейстером Евдокией Ефимовной Хатанзейской. И уже более 60 лет ансамбль сохраняет и развивает ненецкое искусство.
Сегодня коллективом руководит Сергей Лудников. Он продолжает дело предшественников — бережно хранит основу репертуара и одновременно ищет новые формы песенного и танцевального искусства.
«Хаяр» погружает зрителей в мир ненецкой культуры — богатой и самобытной. При этом, как ни парадоксально, описаний традиционных танцев почти не сохранилось. Это превращает ненецкие хореографические традиции в загадку, которую еще предстоит раскрыть, считает Сергей Лудников.
Он подчеркивает, что ненецкая культура всегда придавала особое значение устному творчеству. Сказки, стихи и песни были основным способом передачи знаний, истории и ценностей от поколения к поколению. Возможно, именно они хранят ключ к пониманию того, как ненцы выражали свое мировосприятие.
«В современной ненецкой культуре именно "Хаяр" стал прародителем сценического ненецкого танца. За более чем полувековую историю коллектив не только опроверг устоявшиеся стереотипы, но и сформировал собственный стиль, пластику и энергетику. Наши выступления — это не просто песни и танцы, а целые истории, рассказанные голосом и телом ненца на родной земле. Каждое слово и движение передают особенности жизни, труда, быта и уникального способа выживания в суровых условиях тундры. "Хаяр" — живое воплощение ненецкой души, ее стойкости, мудрости и красоты», — пояснил руководитель коллектива.
Один из самых ярких номеров — «Ритмы тундры». Его в 1970-х годах поставил руководитель архангельского ансамбля «Сиверко» Борис Данилов, а затем творчески переработала балетмейстер Галина Шелыгинская.
Это не просто танец, а живая картина кочевой жизни: мужчины арканят оленей, женщины шьют и укачивают детей, звучит бубен. В сдержанных, лаконичных движениях проявляются сила северной природы, спокойствие и гармония человека с окружающим миром.
«Наш ансамбль предлагает зрителю уникальное сценическое явление. Неповторимое ненецкое звучание голоса, удары бубнов, янгцов, рожек, копыт и колокольчиков, сливающиеся с аккомпанементом баяна, погружают публику в мир ярких эмоций — от трепета до искренней улыбки. "Хаяр" способен покорить любую аудиторию», — добавил Сергей Лудников.
По его словам, коллектив не боится конкуренции с современными направлениями. В Нарьян-Маре сосуществуют ансамбли, представляющие разные жанры, и артисты свободно совмещают традиционное и современное искусство.
Именно в этом органичном соединении традиций и современности раскрывается глубинная сила ненецкой культуры. Она уверенно звучит на больших сценах так же естественно, как когда-то звучала в тундре.
«Уникальность народов Крайнего Севера заключается в их способности не просто выживать, но и процветать в одном из самых суровых климатических поясов Земли, создав при этом богатейшую культуру, основанную на глубоком уважении к природе, крепких социальных связях и уникальном мировоззрении», — заключил художественный руководитель ансамбля.
«Дело жизни, а не быстрые деньги»
Сохранение традиций — это не только сцена, но и ежедневный труд мастеров. Лилия Тайбарей — мастерица, создатель дома ремесел «Тэмбойко», дочь потомственных оленеводов. Шить она начала в пять лет — в семье это было не увлечением, а привычным делом.
«Мы росли в большой семье, нас три сестры — и все шили. Можно было получить любую профессию, но бабушка всегда говорила: "Ты можешь стать кем угодно, но ненецкая женщина обязана уметь шить". Это не обсуждалось. Это передача традиции», — вспоминает Лилия.
Со временем умение шить стало для нее опорой. К тридцати годам женщина окончательно поняла: нужно заниматься тем, что умеешь лучше всего.
«Официально я открылась 12 мая 2011 года. Помню, как вышла из налоговой с документами и сказала себе: "Дороги назад нет. Только вперед"», — отмечает мастерица.
Она признает, что предпринимательство всегда связано с риском, а когда речь идет о традиционной культуре, то еще и с особой ответственностью: «Это не про быстрый результат и не про большие деньги. Это дело жизни. Образ жизни».
Лилия создает элементы традиционной ненецкой одежды: малицы, паницы, пимы и тобоки.
Малица — уникальное мужское изделие из оленьих шкур, продуманное до мелочей: вшитые рукавицы, отсутствие зазоров, защита от ветра. Ее широкая форма обусловлена функциональностью — одежда создавалась для выживания в условиях Крайнего Севера. Женский аналог — паница. Ее крой учитывает особенности материнства и предусматривает специальный разрез спереди.
Пимы — праздничные сапоги из шерсти, украшенные вышивкой. Раньше мужчины надевали их на торжества, демонстрируя мастерство своих жен. Тобоки же предназначены для повседневной носки и отличаются практичностью.
«Все это ручная работа. В каждую вещь вкладывается душа. При правильном уходе их можно носить всю жизнь», — убеждена Лилия.
В доме ремесел также создают сувениры и украшения из меха, бисера, бусин и жемчуга. Один из традиционных сувениров — кукла Уко. Ее делают из гусиного клюва и кусочков сукна. Считается, что это мощный оберег: если кукла теряется, значит, она выполнила свою задачу.
«Наши изделия разъехались почти по всему миру — даже в Австралии есть мои украшения. И мне приятно думать, что где-то там вспоминают про нас и наш Крайний Север. Сохранение традиций — основа моей жизни. Пока бьется сердце, я буду шить», — говорит мастерица.
«Символ жизни и солнца»
Еще один наш герой — Валерий Гудырев. Он уже более 20 лет создает бубны. Начиналось все с ремонта инструментов и помощи товарищу, а затем это переросло в мастерскую, ставшую известной далеко за пределами НАО.
Ежегодно Валерий изготавливает от 600 до 1000 музыкальных инструментов. В качестве основы использует высококачественную фанеру из березы — она легкая и устойчива к деформации. Для мембраны используется исключительно кожа северного оленя. По словам мастера, она тонкая и прочная, как пергамент.
«Выделкой занимаюсь сам — это полный цикл. Пока руками все не прочувствуешь, нужного результата не будет», — замечает он.
Одно из творений Гудырева несколько лет назад попало в Книгу рекордов России как самое крупное в стране. Диаметр инструмента составил 90 см, а вес — всего 2,5 кг. Учитывая размер, это удивительно мало.
«Бубен — уникальный инструмент: он и музыкальный, и сакральный, и ритуальный. Это один из самых древних артефактов на планете. Его звуки глубокие и мощные, словно доносятся из глубины веков», — пояснил Валерий.
Действительно, для жителей Крайнего Севера бубен больше чем инструмент. По форме он напоминает солнце, а с ним у ненцев особая история. Дело в том, что зимой в НАО светила почти два месяца не видно, а летом оно буквально ходит по кругу и практически не садится за горизонт.
«Бубен можно считать символом единства народов, потому что он есть везде. И в древнеславянской культуре, и у северян, и у других. Просто где-то его подзабыли. Когда люди видят танец с бубном, они улыбаются и делают это без сарказма, а по-доброму. Потому что на подсознании понимают, что это что-то свое, родное», — говорит мастер.
