Средний балл ЕГЭ ежегодно растет по всем предметам, сообщил министр просвещения РФ Сергей Кравцов на совещании Правительства с Президентом 8 июля. В этом году заметно увеличилось число школьников, получивших на ЕГЭ 85 баллов и выше. За каждой такой отметкой — не сухая статистика, а индивидуальный путь: разные стартовые условия, усилия и стратегии подготовки. Мы пообщались с выпускниками и педагогами, чтобы понять, что именно повлияло на рост результатов — современные методики обучения, смена приоритетов у старшеклассников или более взвешенный подход к подготовке. Объясняем, как итоги итоговой аттестации отражают реальное качество школьного образования.
Рекорд, который считают по-разному
«Балл ЕГЭ растет по всем предметам, — заявил Сергей Кравцов на совещании с Владимиром Путиным. — В среднем плюс два балла ежегодно. Так, в прошлом году он составил 60,2, а в текущем — 62,2 балла по всей стране. Растет количество детей, набравших максимальные 100 баллов. По итогам прошлого года мы провели отдельный анализ подготовки 100-балльников, из них более половины обучались в общеобразовательных, не специализированных, в общеобразовательных школах, в том числе и сельских».
Ранее на итоговой коллегии прозвучала цифра — 9 777 стобалльных результатов на ЕГЭ в 2026 году. В Минпросвещения назвали это «беспрецедентным» показателем и подтверждением роста качества школьного образования.
Это действительно самый высокий результат за все годы наблюдений. В основной период экзамен сдавали почти 750 тысяч человек, из них больше 663 тысяч — выпускники этого года. Экзамены прошли в 89 регионах и 54 зарубежных странах, задействовали свыше 6 тысяч пунктов приема.
Высоких результатов удалось добиться, в частности, благодаря системным изменениям. С 1 сентября 2025-го начал действовать приказ Минпросвещения № 704. Он делает обучение более сбалансированным: снижает избыточную нагрузку, повышает предсказуемость и прозрачность оценивания. В школах появилось единое расписание изучения тем, программы синхронизировали с содержанием ЕГЭ.
Эффект виден в цифрах: рост среднего балла по физике составил 4,71 балла, по профильной математике — 4,29, по биологии — 3,51. Три предмета, которые традиционно считались самыми сложными для «шлифовки» — финальной, точечной проработки перед экзаменом — показали наибольший прирост.
Логика самоотбора
Казалось бы, все просто: программы синхронизировали, учителя лучше подготовили детей, баллы выросли. Но при изучении статистики обнаруживается еще одна закономерность.
Разберем детали. По физике число стобалльников выросло с 531 в 2025-м до 1 817 в 2026-м — почти в 3,5 раза. При этом число участников экзамена увеличилось куда скромнее: с 94 тысяч до 115 тысяч, то есть на 22%. Доля высокобалльников (81–100) поднялась с 13,4% до 20,8%. Похожая картина по профильной математике: участников стало больше на 10%, а стобалльников — в шесть раз больше (с 346 до 2 177), доля высокобалльников выросла почти вдвое.
Такой разрыв между ростом числа участников и увеличением числа высоких баллов сложно объяснить одной лишь синхронизацией программ. Эффект нарастает нелинейно. Дело в том, что экзамен по профильной математике и физике в последнее время выбирают наиболее мотивированные и подготовленные школьники. Слабый ученик, понимающий свои шансы по пробникам, все чаще уходит на базовую математику или обществознание вместо профиля. Тогда рост среднего балла и доли высокобалльников отчасти объясняется и составом участников.
Учителя подтверждают: за последние два-три года резко выросла доля осознанного выбора предметов. Раньше на профильную математику шли «на всякий случай», сейчас — только те, кто реально нацелен на технические специальности.
На чистую пятерку
Мультибалльники — это выпускники, которые получили 100 баллов на ЕГЭ по двум или более предметам.
Екатерина Малкова из московской школы № 1409 впервые за 25-летнюю историю ЕГЭ набрала 500 баллов сразу по пяти предметам: русский язык, профильная математика, информатика, физика, химия. До нее рекордом были четыре «сотни» — и таких результатов за всю историю экзамена набралось всего два: в 2024 году одна выпускница, в 2025-м другая. В 2026-м сразу восемь человек взяли по четыре максимума, а Екатерина добралась до пяти.
Каждая «сотня» — это пропуск без очереди в любой профильный вуз страны по олимпиадному коэффициенту приемной комиссии, а совокупность из нескольких «сотен» открывает выбор между МГУ, Физтехом, Бауманкой и медицинскими вузами без оглядки на конкурс.
Мультибалльник не выбирает, куда поступить, исходя из «куда хватит баллов» — он выбирает, где хочет учиться.
Для сравнения: 300 баллов в этом году набрали 76 выпускников, 200 баллов — 933 человека, ровно один экзамен на «сотню» — 8 759 человек. То есть подавляющее большинство высокобалльников — это ребята с одним сильным результатом, а не мультипредметные звезды.
При этом за каждой сотней баллов — не только талант, но и кропотливая работа педагогов, и именно поэтому в школах все чаще делают ставку не на поиск «идеального» гения, а на системную поддержку каждого способного ученика.
Индустрия подготовки: от репетитора к платформе
Сама модель подготовки ЕГЭ становится более гибкой, что тоже работает на результат. Надежда Пышьева описывает, как в ее школе на Ямале старшеклассников ведут преподаватели вузов по узким темам: «задание с параметром» — один курс, теория чисел — другой, геометрические задачи отдельно. Печатные сборники уступают место видеоразборам: «Это удобно и детям, и учителям — и главное дешевле, потому что сборники дорогие».
Учитель русского языка и литературы Наталья Зюзюкина из Шуховского лицея в Белгороде видит ту же тенденцию в цифрах собственной школы: если в 2025 году сто баллов взяли шесть выпускников, а один добрался до 200, то в 2026-м стобалльников стало семь, один взял 200, а Павел Бусыгин — 300, первый в истории Белгорода трехсотбалльник.
Секрет, по словам Зюзюкиной, не в новой методике, а в организационном решении: школа по примеру столицы разрешает мотивированным ученикам 11 класса индивидуальный график после Нового года, освобождая время под целевую подготовку.
«Если ребенок готов покорять свои высоты, готов дать хороший результат, и мы понимаем это из пробных работ, из текущих оценок, тогда такую работу выстроить не просто можно, а нужно», — говорит она.
Дети тоже становятся более вариативны, они все чаще выстраивают траекторию занятий самостоятельно. Выпускница IT-лицея Казанского федерального университета Лейсан Шакирова, набравшая 300 баллов по химии, математике и русскому, детально описывает архитектуру собственной подготовки:
«Профильный химико-биологический класс с девятью уроками химии в неделю в выпускном году, банк заданий на профильной онлайн-платформе, затем я купила курс интенсивного повторения в мае с ежедневными разборами реальных заданий прошлых лет».
По русскому языку — год работы в мини-группе с преподавателем и тридцать написанных за год сочинений. По математике — ежегодные зачеты по крупным темам с седьмого класса, не разово перед экзаменом, а системно на протяжении пяти лет. «Просто мне нравится учиться», — говорит Лейсан. Впереди мечта — химфак и профессия преподавателя химии.
Дарья Василенко, выпускница школы-интерната для слепых и слабовидящих детей в Петербурге, взявшая «сотню» по русскому языку и литературе, хочет стать филологом или журналистом.
Она формулирует экономику вопроса резче: «Школьная программа — это какие-то базовые знания, на которых ты сдашь ЕГЭ на порог».
По подсчетам Дарьи, онлайн-школа выгоднее репетитора и по цене, и по формату: запись занятия можно смотреть на любой скорости, обратная связь по домашним заданиям приходит вне урочного времени, а узкоспециализированная подготовка к одному-двум предметам дает более плотную программу, чем репетитор общего профиля.
Вывод из четырех разных школ один: подготовка перестала быть штучной услугой репетитора и стала распределенной инфраструктурой — платформы с банком заданий, целевые вузовские курсы внутри школы, структурированные онлайн-программы с фиксированным расписанием.
Раньше высокий балл требовал денег на репетитора. Сейчас требует дисциплины и доступа в интернет.
Региональная карта: не только столицы
Официальная статистика любит примеры с федеральным блеском, но интереснее региональная специфика. Архангельская область лидирует по абсолютным цифрам: 64 стобалльника и 12 двухсотбалльников при том, что экзамены там сдавали чуть больше пяти с половиной тысяч человек — заметная концентрация высоких результатов на скромную по размеру область. Рост числа высокобалльников там зафиксирован сразу по семи предметам: от русского языка до информатики.
Другой пример — Удмуртия, город Камбарка, население которого не превышает 10 тысяч человек. Учитель математики Надежда Климовских рассказывает историю Елизаветы Бузиловой, набравшей 100 баллов по химии и русскому языку — первый стобалльный результат в районе за десять лет.
«Это все ребенок, — убеждена учительница. — В ней генетически заложено трудолюбие, я классным руководителем была еще у ее мамы. Мама сама у нее с золотой медалью закончила школу. Бабушка у нее терапевт с великим стажем, до сих пор в строю. А Лиза мне досталась еще в пятом классе. У нее характер, знаете, такой боевой».
Но есть и системный фактор — программа «Менделеевские классы», которая работает в пяти регионах страны, исторически связанных с производствами химического оружия и его последующей утилизацией.
Школьникам Камбарки читают лекции преподаватели РХТУ имени Менделеева и местных вузов, детей возят в экспедиции на Урал, Байкал, Камчатку, выстроено наставничество со студентами профильных кафедр.
Так целенаправленная государственная поддержка раскрывает потенциал школьников: в городах с профильными предприятиями и федеральной программой высокий балл по химии становится реально достижимой целью для одаренного ребенка.
Благодаря таким проектам удается не только укреплять связь школы с наукой и производством, но и последовательно расширять возможности для качественной предметной подготовки по всей стране — шаг за шагом выравнивая образовательные перспективы для молодежи из разных регионов.
Работа над ошибками
Задача учителя — поддержать ребенка перед ЕГЭ, помочь справиться со стрессом на финишной прямой. И предостеречь от ошибок.
Надежда Пышьева, учитель математики школы № 1 из Лабытнанги, где ученики-близнецы Артем и Вадим Шелабневы взяли по «сотне» на математике и физике — формулирует так:
«Знаете, на чем сильные дети теряют баллы? На самых простых заданиях, потому что они их очень часто решают устно, и уверены в том, что правильно. И могут даже не перепроверить».
По ее словам, сложные задачи сильный ученик выполняет медленно и внимательно, а на легких расслабляется — и там теряет баллы, которые потом невозможно наверстать.
Преподаватель математики в IT-лицее КФУ Наталья Севастьянова называет это самоуверенностью:
«Я и так молодец, да, я олимпиадник, я все сдам. Приводило к тому, что ребенок писал ЕГЭ не на 100 баллов, но на 98 или 99». Решение здесь не в дополнительной теории, а в тренировке внимательности как отдельного навыка: «Такой же труд, как в спорте. Ты постоянно тренируешься, тренируешь, в данном случае, свои мозги».
Экзамен построен так, что первая часть проверяет автоматизм, а вторая — глубину. Сильный ученик инвестирует внимание туда, где чувствует риск, и экономит его там, где чувствует уверенность. Именно эта экономия и оказывается дырой. Пропущенный минус, неверно перенесенная цифра, невнимательно прочитанное условие — типичная цена одного-двух баллов, которые отделяют 98 от 100.
Чем плотнее подготовка, тем выше вероятность срыва. Наталья Зюзюкина вспоминает про учеников, которые доходили до состояния «я балбес, у меня ничего не получается» — и школа привлекала психолога, разговаривала с родителями, просила снизить нагрузку, водила класс в театр раз в месяц, просто чтобы переключить внимание с предмета. Севастьянова описывает похожую тактику короче: «Тут важно дать передохнуть дня два. Пришел домой после школы — отдыхай. Домашнюю работу принесешь позже».
Лейсан Шакирова из Казани формулирует главную ошибку одноклассников: «Хочется, чтобы ребята не сравнивали свои баллы с прошлогодними, а себя с окружающими».
Ее личный метод — три таблицы с результатами всех пробных экзаменов, где она отслеживала не абсолютный балл, а динамику по темам: что просело, что выровнялось. «Фокус на собственной траектории вместо чужого рейтинга снижает тревожность сильнее, чем любые уговоры», — полагает Лейсан.
Взаимная выгода
Учителя прямо заинтересованы в высоких баллах своих подопечных. Надежда Пышьева, Наталья Зюзюкина и Юлия Севастьянова описывают одну и ту же механику интереса: высокий результат ученика повышает авторитет педагога, помогает привлекать вузовских партнеров, укрепляет позицию учителя при распределении нагрузки и премий.
В Белгороде результат трехсотбалльника Павла Бусыгина дал повод администрации лицея расширить практику индивидуальных графиков на других мотивированных учеников — один рекорд меняет правила для целой параллели. В Камбарке успех Бузиловой стал аргументом для сохранения и расширения сотрудничества с РХТУ и УдГУ. Получается симметричная сделка: ученик получает целевую подготовку и внимание, каких не получил бы в потоковом классе. Учитель получает результат, который конвертируется в статус и ресурсы для школы. У обеих сторон есть прямой стимул вкладываться дальше.
О перспективах на рынке труда
В этом году самый большой прирост по баллам ЕГЭ дали естественно-научные и точные предметы: физика, химия, профильная математика, биология. Это не случайность выбора школьников, а рациональная реакция на сигналы рынка.
Технические и медицинские специальности последние годы получают больше бюджетных мест и целевых квот, чем гуманитарные, а зарплатная вилка для инженерных и ИТ-профессий на входе в профессию заметно выше средней.
Школьники и их родители считывают эти сигналы за два-три года до поступления и перераспределяют усилия в сторону предметов, которые открывают дорогу в инженерию, медицину, фармацевтику, науки о данных.
Если тенденция сохранится, через пять-семь лет вузы получат более концентрированный поток абитуриентов с сильной базой именно в точных науках — и одновременно менее выровненную по силе группу на гуманитарных направлениях, куда все чаще идут те, кто не потянул профильную математику или физику. Это стоит учитывать и вузам при формировании программ, и работодателям при долгосрочном планировании кадрового резерва.
Что советуют сами герои
Собрали рекомендации из прямой речи учителей и выпускников без добавлений:
Перепроверяйте простые задания минимум дважды, даже если решаете их устно — именно там теряются баллы, которые невозможно вернуть.
Составьте план подготовки заранее и придерживайтесь его, но подстраивайте под свой ритм: кому-то удобно распределять предметы по дням недели, кому-то — чередовать короткие интенсивные блоки с отдыхом.
Внимательно читайте условие задания и не додумывайте детали — низкая читательская грамотность режет баллы чаще, чем нехватка знаний.
Найдите напарника по подготовке к тем же предметам — взаимная поддержка снижает риск выгорания сильнее любых уговоров со стороны взрослых.
Смотрите на собственную динамику по пробным экзаменам, а не на чужие результаты в интернете — сравнение с рекордсменами демотивирует и не дает практической пользы.
При признаках выгорания снижайте темп на пару дней, а не бросайте подготовку полностью — вернуться в колею после короткой паузы легче, чем после длительного отказа от занятий.
Что высокие результаты ЕГЭ меняют для родителей и школ
Рост числа высокобалльников ЕГЭ-2026 — реальный эффект синхронизации программ, но не только его результат. Значимую часть роста, особенно по физике и профильной математике, объясняет более осознанный выбор предметов самими школьниками: слабые ученики все чаще уходят на менее требовательные экзамены, а на профильных дисциплинах концентрируются мотивированные.
Одновременно подготовка перестала быть штучной репетиторской услугой и превратилась в распределенную инфраструктуру — целевые вузовские курсы внутри школ, узкоспециализированные онлайн-платформы, региональные программы вроде «Менделеевских классов».
Для родителей практический вывод простой: наличие в школе целевых программ и партнерств с вузами сегодня значит больше, чем репутация отдельного репетитора. Для школ — что инвестиция в один сильный результат окупается расширением ресурсов для всей параллели.
