В структуре мясного рынка России птицеводство и свиноводство — ключевые сегменты. За этим результатом — не просто цифры, а масштабная работа отрасли: трансформация животноводства, господдержка и точечные инвестиции. Рассказываем, как курятина стала на внутреннем рынке мясом номер один.
По итогам 2025 года уровень самообеспеченности России мясом и полуфабрикатами превысил 100% при пороге Доктрины продовольственной безопасности в 85%. Об этом в июле сообщил Минсельхоз. «В январе-мае текущего года также сохраняется положительная динамика по производству скота и птицы на убой», — добавили в министерстве.
Директор по аналитике Инго Банка Василий Кутьин приводит данные Росстата, согласно которым в 2025 году производство мяса птицы достигло 5,3 млн тонн в убойном весе, что на 1% выше уровня 2024-го, то есть отрасль вышла на равновесный уровень производства. Потребление на душу населения держится на уровне около 35 кг в год — это один из самых высоких показателей в мире.
В министерстве также заявили, что наиболее динамично развивающиеся птицеводство и свиноводство быстрее реагируют на ситуацию на рынке, чем производство говядины. Минсельхоз оказывает меры поддержки для увеличения объемов производства говядины, а также повышения инвестиционной привлекательности отрасли, модернизации предприятий и развития племенной базы.

У курицы производственный цикл около 40 дней от посадки суточного цыпленка до убоя. Один и тот же птичник за год успевает пройти несколько оборотов, и каждый следующий цикл начинается прежде, чем бухгалтерия окончательно закроет предыдущий.
По оценке главного отраслевого аналитика Центра отраслевой экспертизы Россельхозбанка Андрея Дальнова, продовольственная безопасность по мясу птиц в этом сегменте держится на нескольких факторах.
«Первый — вертикально интегрированные холдинги с коротким производственным циклом: они позволяют быстро наращивать объемы, а на промышленный сектор сегодня приходится более 93% всего производства», — говорит Дальнов. Второй — государственная поддержка, включая льготное кредитование.
«Параллельно идет замещение импорта в узких, но критичных звеньях: собственным инкубационным яйцом Россия обеспечивает себя пока на 35%, к 2030 году планируется довести долю до 50%. Это критически важно для поддержания независимости в долгосрочной перспективе», — добавляет аналитик Василий Кутьин.
Кроме того, активно идет работа по стандартизации и контролю качества. «Технический регламент ЕАЭС 051/2021 устанавливает единые требования к безопасности мяса и продукции его переработки, что гарантирует доверие потребителей», — напоминает Кутьин.
По его словам, Россия не только обеспечивает себя, но и активно наращивает поставки на внешние рынки — в страны Азии, Африки и Ближнего Востока. Это диверсифицирует риски и приносит валюту.
«Россия входит в топ-10 мировых экспортеров мяса птицы, и именно экспорт становится основным драйвером развития», — отмечает Андрей Дальнов.
По оценке Росптицесоюза, в 2025 году Россия вывезла 445 тыс. тонн мяса птицы. По расчетам старшего аналитика инвесткомпании «Риком-Траст» Валерии Поповой, 34% из них пришлось на Китай. Но Пекин покупает преимущественно куриные лапки и субпродукты, которые российский потребитель почти не берет.
А навстречу, из Китая в Россию, по данным китайской таможни за 2025 год ввезли 118,3 тыс. тонн куриного мяса, в основном филе грудки. Рост на 56% к 2024 году. Получается не обмен курицей на курицу, а обмен разными частями популярной птицы. Именно китайская грудка, которая примерно на 30% дешевле российской, снижает внутренние оптовые цены.
Курятина остается ключевым продуктом массового спроса: базовая структура потребления (прежде всего тушка и филе грудки) стабильна, при этом рынок постепенно расширяется за счет новых позиций — например, филе бедра, — что отражает рост разнообразия потребительского выбора без радикальных сдвигов в предпочтениях.
«В структуре потребления курятины на протяжении многих лет сохраняется устойчивый баланс, — убежден Андрей Дальнов из Россельхозбанка. — Тушка и филе грудки остаются самыми востребованными позициями: доля тушки стабильно держится в районе 50%. При этом структура подвижна и зависит от ценовой конъюнктуры: если производители начинают активнее разделывать тушку, цены на филе и другие части могут корректироваться».
По словам Дальнова, в последние годы набирает популярность филе бедра: его выбирают за вкус и удобство, а также из-за более позитивного восприятия животного жира среди потребителей. «Это не радикальный сдвиг, а постепенное обогащение потребительского выбора: рынок насыщен, и люди начинают пробовать новые позиции в рамках привычного продукта», — говорит эксперт.

Цикл откорма свиньи — около 6 месяцев от рождения поросенка до товарного веса: дольше, чем у птиц, но в полтора-два раза короче, чем у телят. Для инвестора разница между полугодом и несколькими годами чувствительна, и за последние 15 лет свиноводство стало одной из самых технологичных отраслей российского АПК: генетика, автоматическое кормление, контроль микроклимата и цифровое сопровождение стада поставлены на поток.
Глава агрохолдинга «Лазаревское» в Тульской области Кристина Романовская подчеркивает, что сегодняшняя обеспеченность рынка свининой — не заслуга одного удачного года, а результат многолетних вложений: в современные комплексы, собственную селекцию, биобезопасность, автоматизацию.
«Ключевую роль играет не столько постоянное масштабирование, сколько повышение эффективности уже действующих мощностей: цифровизация, собственная лаборатория контроля кормов, энергонезависимость предприятия, — перечисляет наша собеседница. — Именно такие меры снижают себестоимость, сохраняют качество продукции и держат стабильные поставки без резких скачков цены».
По словам Романовской, для дальнейшего развития отрасли крайне важно сохранять предсказуемые условия работы и долгосрочные меры господдержки. «Сельское хозяйство принимает решения на годы вперед, поэтому предсказуемость правил игры не менее ценна, чем сам объем финансирования», — заключает она.
В силу короткого цикла «от рождения до прилавка» птицеводство и свиноводство традиционно привлекательны для инвесторов. Льготный кредит или компенсация капитальных затрат здесь превращаются в дополнительный объем продукции почти сразу: новый птичник или свинокомплекс выходит на окупаемость за несколько циклов.
Основные капитальные стройки в этих секторах уже позади, поэтому фокус господдержки смещается на модернизацию, цифровизацию, научно-технические проекты по селекции и снижению издержек. С 2026 года государство компенсирует до 50% затрат на такие комплексные научно-технические решения.
«Инвестиционная привлекательность АПК в целом растет, а в части птицеводства трансформируется: отрасль вошла в зрелую фазу, – подтверждает аналитик Россельхозбанка Андрей Дальнов. – Курятина здесь достигла насыщения, то же постепенно происходит и с индейкой».
По мнению нашего собеседника, потенциал остается в нишевых сегментах. Например, утка — пока она воспринимается как праздничный продукт, но если производители инвестируют в удобную для потребителя разделку и увеличивают долю филе, этот сегмент тоже может вырасти.
«Что до рынка курятины, он закрыт по объему, и дальнейший рост будет обеспечиваться не экстенсивным наращиванием тонн, а экспансией на внешние рынки и работой с потребительской ценностью внутри страны», — полагает Дальнов.
Таким образом, мясная отрасль России демонстрирует устойчивую и сбалансированную модель развития: сегмент курятины и свинины надежно закрывает базовые потребности рынка — благодаря коротким производственным циклам, гибкой экономике и оперативной господдержке. При этом формируется и зрелая ниша для премиального продукта — говядины, где сочетаются доступность за счет молочного стада и развитие специализированного мясного скотоводства.
В целом же обеспеченность страны мясом находится на стабильном уровне, а структура производства логично отвечает и текущим запросам потребителей, и долгосрочным отраслевым задачам.